Holy Sh!t

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Holy Sh!t » Игра в настоящем времени » [14-16.03.2018] И не писай в мой горшок


[14-16.03.2018] И не писай в мой горшок

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

И не писай в мой горшок

http://sd.uploads.ru/Or8mL.png

Нью-Йорк, Линкольн-центр;
Нарцисс, Шива, Гермес и Дионис

Смеркалось (ц). 
Среда в Линкольн-центре выдалась загруженная. Вокруг корпусов и даже в скверах и парках комплекса людей в шестом часу вечера было предостаточно. А еще там были боги и одно существо. Существо решило, что Шива - его фанат. Существо восхитилось разнообразием собственных фанатов, коснулось Шивы - и началась цепная реакция: первым отключился сам Нарцисс; через минуту последовал туда же Шива; за Шивой - Гермес; а дальше улетела и Дионис.

Все четверо витали над бессознательными телами, украшающими Линкольн-центр, слушали, как кричат испуганно люди, как звонят в скорую, как визжит кто-то пронзительным фальцетом про химическую атаку северокорейцев. Все четверо ощущали, что где-то рядом вьются еще божественные сущности, только вот общаться, когда тебя, по сути, нет - невозможно.

Тела оперативно погрузили в скорые и развезли по разным больницам. Кто виноват, что растерявшиеся души перепутали машины?..
Попытка вселиться в украшенные проводками и масками тела привела к тому, что:
- Нарцисс очнулся в теле Шивы (ну, по крайней мере тоже... поет, да);
- Шива очнулся в теле Гермеса  (молодость - это же прекрасно!);
- Гермес обнаружил, что он woman of colour (что еще более прекрасно);
- Дионис повезло больше всех, она целый бабулин пирожочек.

Технические моменты и подсказка:

1. Пожалуйста, не пишите много (думаю, лимита в 3-4 тысячи знаков выше крыши) и редко (оптимально - пост хотя бы в 4 дня). Первое считать никто не станет, но в массовом квесте бесполезно, второе выльется в пропуск очереди и все сломает.

2. Все крепко и надежно находятся в чужих телах. Для маски в этот эпизод можете взять аватар своей "жертвы" или сделать свой при желании.

3. Все могут очнуться с того момента, как все 4 машины скорой разъехались в разных направлениях. Вы можете  предпринимать любые действия, какие позволит вам ваша фантазия, чтобы исправить положение: встретиться вместе, взяться за руки, спеть хором, устроить спиритический сеанс или потрахаться напиться вместе до чертей в глазах. Факт в том, что только 16 марта в 18.24 Дионис выкинет из тела Нарцисса. И если она отыщет свое тело и прикоснется - непрошеного гостя оттуда выбросит и тело вернется владелице. И так по цепочке.

Если  возникнут вопросы, мастер всегда призывается в теме Обсуждение сюжета.

Удачи!

+4

2

В глаза бил яркий свет. Нарцисс глубоко вздохнул, чтобы набрать побольше воздуха для гневной тирады. Кто ж так настраивает свет? Сколько раз можно повторять, что во время концертов он использует только особый щадящий режим ламп? От обилия ультрафиолета будет портиться кожа. Что скажут его фанаты? Как он сможет поражать их всех своих восхитительным видом, если  на лице появятся новые морщинки?..
Но план потерпел поражение. Во-первых, горло противно болело. Во-вторых, вместо гневной тирады получилось лишь возмущённое мычание.
- Мммм! - ругался на идиотов в белых халатах Аурелио. - Ммммм! Ммм? Мммм!
Медики озадаченно переглядывались и не могли понять, что их уже успели причислить к завистникам. Только завистники могут пихать всякие трубки в горло золотому голосу Галактики. Аурелио хотел и на Вселенную замахнуться, но посмотрел на этих необразованных балбесов и решил начинать с малого, чтобы не шокировать.
Балбесы взяли себя в руки и дали звезде выговориться. Звезда выговорился. Потом попросил воды, пока ждал - увидел своё отражение - и снова выговорился. Уже громче, выразительнее и на мотив одной из любимых арий.
Вечер в больнице переставал быть томным...

Спустя какое-то время Аурелио Конте, выписавшийся из больницы под свою ответственность, чесал к парковке и по пути жаловался Оливеру по телефону.
- Ты должен найти моё тело! Нет, я не в нём. Его куда-то дели...
Нарцисс завис на несколько секунд и осознал:
- Оливер, меня подменили в больнице! Ты представляешь? Это всё завистники. Точно завистники. Ты бы видел лицо этого доктора - он наверняка специально портил мне кожу этими ужасами... Точно тебе говорю. Он мне позавидовал. Срочно найди связи на чёрном рынке донорских органов. Как зачем? А вдруг я там, пока я тут?
Продолжая жаловаться и причитать, Аурелио погрузился в машину, которая повезла его обратно на место ЧП.  Как ещё назвать этот кошмар?..
[icon]http://sg.uplds.ru/N1ZtD.png[/icon]

+5

3

Когда при виде Шивы в обморок грохнулось какое-то существо, похожее на ребёнка Бритни и Элтона, это было как-то ещё нормально. Когда отключился сам Шива – нормальностью это решительно уже не было. Тем более, аномально было висеть в нигде и нихрена не понимать. То есть, на самом деле, Шива привык нихрена не понимать, но вот то, что он при этом не может ничего раздосадовано разрушить, было непривычно.
Шива болтался и старался. Изо всех своих божественных силёнок он старался вернуться в своё тело, но получалось только болтаться в пространстве. Изо всех сил он старался станцевать что-то эпичненькое, чтобы какой-то излишне заботливый мужик перестал облапывать его тело, беззащитно лежащее посреди Линкольн-центра, но получалось только болтаться.
Болтался он, кажется, целую вечность, ничего не соображая толком, кроме того, что если бы мог, то с перепугу бы обосрался.

Больничный потолок, громкое пипиканье аппаратуры, прищепка на пальце и хуйня во рту, стали верными признаками того, что всё наладилось. Долгие полчаса пришлось уверять врачей, что с ним всё отлично, долгие полчаса, счастливые полчаса, когда Шива думал, что с ним реально всё в порядке. Но постепенно он начал замечать некоторые странности.
Голос звучит иначе. Руки выглядят иначе. И одежда какая-то маленькая, но удивительно ему подходит.
Шива находит зеркало. Из зеркала на него смотрит кто-то. Молодой, красивый, свеженький, не потрёпанный долгими годами злоупотребления наркотиками и божественными силами.
– Ну и что за хуйня, – пытаясь привести в порядок причёску, Шива наезжает на зеркало, будто оно виновато. Шива пытается думать, но поглаживание отсутствующего живота как-то не успокаивает и не настраивает на нужный лад.

Изучая карманы одежды, личные вещи того, чьё лицо всё ещё охуевше поглядывало на него из зеркала, Шива надеялся только на то, что владелец этого тела знает, что произошло. А ещё лучше было бы, если бы владелец этого тела был виноват во всём. Аннигилировать виновника данного неудобства Шиве сейчас хочется больше всего. Обыск одежды как-то не сильно помог Шиве, хоть он в тайне и надеялся, что где-нибудь на воротнике будет нашивка с адресом, мол, в случае, если ребёнок потерялся, верните его по адресу. Зато он нашёл в одежде телефон. Уже хорошо. Логично рассудив, что собственный телефон остался у его собственного тела, Шива решил сначала позвонить. Потом решил, что звонить слишком палевно (быть богом и параноиком не зазорно). Поэтому Шива позвонил оператору и попросил отследить свой украденный несуществующим сынишкой-шалунишкой телефон.
Так Шива и оказался снова в Линкольн-центре в поиске себя.   

[icon]http://funkyimg.com/i/2PnVj.gif[/icon]

Отредактировано Shiva (06.06.2018 01:31:34)

+5

4

Нет ничего неприятнее, чем когда тебя выталкивает из собственного тела. Ну ладно, может быть всякие сдирания кожи заживо и расчленения больнее, но таким никто не балуется уже давно, и вообще времена настали тихие, спокойные. Гермесу страшно нравилось находиться в мире людей, и этот опыт он не хотел прерывать - по крайней мере, пока не произойдет что-то такое, что заставит его вернуться (какая кривая формулировка!).
А тут - нате вам, распишитесь. И вроде бы ничего не сделал, никого не трогал, прогуляться решил в кои-то веки, послушать, как выступают всякие там, куда уж Гермесу и его замызганной гитарой до этих высот! Вообще быть бедным юным музыкантом ему тоже страшно нравилось - раньше он как-то играл в карьеру, выстраивал жизненный путь, а с новой жизнью неожиданно понял, что лучше просто плыть по течению и посмотреть, что получится.
Но в общем, как-то не получилось.
Потому что едва он вытащил руку из чужого кармана (куда засовывал ее исключительно с целью поиска в оном кармане кошелька), все вдруг сделалось дальше и бледнее. Намного бледнее. А потом Гермес потерял способность оперировать такими понятиями и уныло висел в воздухе.
Нужно было что-то решать.
Раньше с ним такого не было. Каждое тело, любовно созданное им для самого себя, было продолжением его самого. Подумать о том, что его когда-нибудь вот так выкинет, было просто немыслимо, почему столько раз все шло как по маслу, а теперь нате вам? На секунду перепугавшись, что отец все-таки его нашел, и теперь будет вовсю ругать за такое долгое отсутствие (хотя это забавно, обычно как раз отцы уходят за сигаретами и не возвращаются), Гермес увидел, как его тело тащат в одну из машин скорой помощи. И ринулся за ним.

Просыпаться было трудно. Перед ним все еще маячили какие-то образы, обрывки мыслей, которые было трудно собрать в кучу. Он был в больнице, но по ощущениям, похоже, ничего страшного не произошло. Гермес немного повалялся в постели и принялся проверять, все ли у него в порядке, ничего ли не сломано и так далее. Ну а потом совершенно непредсказуемо по всей больнице разнесся отчаянный вопль.
Врачи, медсестры и прочие скопом забились в дверной проем, пока Гермес, тяжело дыша, объяснял, что с ним все в порядке, просто очень неожиданно было обнаружить себя в больнице, да, точно все в порядке, можно мне уже выдать мою одежду и пойти. Те поцокали языком, провели пару проверок, в процессе которых ничего не выявили, и отпустили на все четыре стороны.
С каких это пор он - женщина? Темнокожая женщина? С шикарной прической, правда, но - с какого?
Гермесу нравилось быть собой, нравилась та жизнь, которую он вокруг себя выстроил, и вот так просто расставаться с прогрессом ему не хотелось. Надо было вернуть все обратно, правда каким образом и с чьей помощью, он пока не знал, единственная зацепка - место происшествия, мало ли что и кто там было. О том, что других участников могли точно так же увести (или они просто ушли своими ногами), он предпочитал не задумываться. Как и о том, что кто-то сейчас точно так же шагает его ногами.
"Хоть бы волосы не трогал!" - испугался Гермес и прибавил шагу.
[icon]http://savoynetwork.com/wp-content/uploads/2015/07/tracee_new_resize-180x180.png[/icon]

Отредактировано Hermes (06.06.2018 12:37:05)

+5

5

[icon]http://s3.uploads.ru/vUaKN.jpg[/icon]
Все вышло как-то некрасиво и быстро. Бац. Темно. Бац. Светло. Дионис огляделся и увидел, что он парит. Причем именно он, бог виноделия и веселья, парит над Линкольн-центром в Нью-Йорке, а Луиза Кларксон, его смертная и прекрасная оболочка, лежит без сознания прямо посередине улице. Дионис не обратил внимания, что неподалеку потеряли сознание еще трое. Его волновало только собственное состояние.
Это было очень непонятно. Диониса как-будто нечто вышибло из смертного тела и он это даже не сразу осознал. А тем временем уже на место события прибыли кареты скорой помощи и несчастное тело Луизы повезли в больничку.
-Хей, ребята, вы куда! вы куда меня забрать хотите?
Но никто не слышал криков бестелесного духа. Двери машины захлопнулись за каталкой, Луизу Кларксон повезли в ближайшую больницу.
Дионис не знал, опасен ли этот выход из тела, но в любом случае вернуться обратно хотелось поскорее. Он нырнул в машину и всю дорогу до больницы пытался обратно воссоединиться со своим телом. Ничего не помогало. Пока Луизу Кларксон везли в реанимацию, Дионис вертелся рядом и все еще пытался как-то сам себя привести в чувство.
А потом снова темнота и яркий свет.
Дионис пришел в себя и увидел, что лежит в больнице. Рядом цветы, открытки. Удивительно, что ему все это сразу на кровать положили. Хотя постепенно до бога дошло, что он не на кровати лежит. Даже эти цветы и открытки с пожеланием не для него.  И вообще, он - пирожок. Кажется, с мясом и картошкой. Лежит на тарелке, среди ему подобных бездушных сдобных творений.
Дионис попытался подвигаться, но лишь смог немного подвинуть себя.
Медсестра, находящаяся в палате оперного певца Аурелио Конте, заметила, что на столе с подарками для пациента беспорядок. Один из пирожков (видимо он лежал наверху горки пирожков от одной поклонницы) свалился с тарелки и теперь лежал просто на столе. Медсестра положила пирожок обратно на самый верх и вышла из палаты.
Осознав насколько бесполезно и опасно (а вдруг пациент придет в себя и захочет поесть) находится внутри пирожка, Дионис напрягся и попытался снова выпрыгнуть из "тела". К счастью, это получилось сразу. Видимо тесто не крепко удерживает внутри себя божественную сущность. Диониса завертело, закрутило и утянуло куда-то. Бог виноделия понял, сразу что он внутри человеческого тела. Появились ощущения: обоняние (пахло бесчисленными цветами), осязание (нежные сатиновые простыни мягко гладили кожу), слух (было слышно как пикают аппараты), вкус и зрение.
Аурелио Конте, известный певец, открыл глаза и огляделся. А Дионис только задумался о том, как же несправедлива жизнь богов.

Отредактировано Dionysus (08.06.2018 18:00:23)

+9

6

Таксист вжал педаль газа и помчал подальше от места назначения так быстро, как только мог. Казалось, если бы он мог повторить фокусы, которые выписывал автобус из фильмов про Гарри Поттера, и протиснуться между плотными рядами автомобилей, стоящих в вечных Нью-Йоркских пробках, он бы это сделал непременно. Но увы. Законы физики оказались непоколебимы, а Нарцисс, восседающий на заднем сидении, слишком музыкален. Учитывпя новый облик, казалось, что клиент стремится вызвать самого Сатану или проводит весьма изощрённый обряд экзорцизма.
Словом, таксист перекрестился и уехал.

А Нарцисс фыркнул, задрал нос и отправился в Линкольн-центр.
- Это просто уму непостижимо! - громко и немного нараспев возмущался певец, шуруя к месту трагедии. - Украли тело! На органы! Посреди белого дня! Мамма миа!..
Последнее относилось к огромному зеркалу , фактически - зеркальной стене. Аурелио замер перед ней, тревожно вгляделся в некогда любимое отражение и завис. А через несколько минут разразился громкой тирадой (частично на английском, частично на итальянском и - местами - на древнегреческом) о происках наглых конкурентов, которые покусились на божественное тело божественного Нарцисса.
Спустя полчасика огорчённого певца, верещащего громче пожарной сирены, осторожно за руку подёргал администратор. Аурелио отмахнулся.
- Уйди, мальчик, не мешай, - страдающим голосом протянул он, набрал в лёгкие (боги, какие убитые лёгкие!) побольше воздуха и продолжил жаловаться в том же духе, не отлипая от отражения.
[icon]http://sg.uplds.ru/N1ZtD.png[/icon][status]Взбледнувший пирожочек[/status]

+4

7

Найти себя оказалось не так сложно. Он стоял посреди дороги, у зеркала, отпугивая от себя людей и привлекая к себе сотрудников. И демонстрировал признаки истерии. И богатый словарный запас. И знание языков. Даже мёртвых.
Шива стоял рядом с собой достаточно долго, чтобы понять, что в его теле сейчас находится не бог, а существо какое-то сверхъестественное. И дохуя импульсивное. А по виду и не скажешь – уверенный в том, что обретённая им внешность, это внешность того, кто оккупировал его тело, Шива пытался сопоставить сцену у зеркала с парнем, которым Шива отражался в зеркале. Что-то как-то не стыкуется внешность с поведением. Однако, что поделаешь. Не его это дело. Его дело – вернуть своё и отдать чужое. Не потому что ему не нравится новая тушка, а потому что быть мистером Фитцджеральдом в этом теле точно не получится.
Собственный голос раздирает душу, и Шива решает, что пора данное безобразие прекращать, у него и так репутация наркомана и юродивого, а если пойдёт слух, что он окончательно крышечкой поехал, то не видать ему работы, как свои ушей. Хотя сейчас он прекрасно видит свои уши. Классные уши, надо сказать. И вообще он весь прям охуенный. Даже с этим непривычным, полным досады, выражением лица.
Шива дёргает не-себя за рукав, но от него небрежно отмахиваются. Нехорошо это, невежливо. 
Так что Шива пританцовывает на месте. Зеркало идёт трещинами, и плитка на полу – тоже, немного, случайно. Шива надеется, что это даст ему небольшой зазор времени для того, чтобы вклиниться в чужой монолог.
– А мне нравится это тело. Знаешь, я его сам сделал. С любовью. И мы с ним очень долго вместе. Так что верни всё, как было, – с наездом, но как-то не угрожающе (исключительно в виду того, что быть угрожающим субтильным мальчишкой Шива как-то не научился ещё), говорит Шива, хватая своё-чужое тело за плечо. Шива откашливается, приосанивается, зачёсывает волосы назад, чтоб не мешались. И пытается нахмурить брови, чтоб сурово было. Трещины на зеркале, кажется, со смеху расходятся ещё дальше. – Давай, делай свою магию и разойдёмся, – на самом деле пора бы вообще уйти куда-то подальше, потому что маленькое представление Шивы привлекло излишнее внимание.

[icon]http://funkyimg.com/i/2PnVj.gif[/icon]

+4

8

Гермес добрался до места в кратчайший срок, еще немного - и сорвался бы на бег, а так всего лишь олимпийская медаль по быстрому шагу. Была бы, если бы такое состязание проводилось! Или оно действительно есть? За Олимпиадами он не особенно следил, справедливо считая, что раньше было лучшетм, так что с уверенностью сказать не мог.
Тело, кстати, слушалось его хорошо, так, словно бы было родным и самостоятельно выпиленным, Гермес поймал себя на том, что поправляет свое шикарное афро, и тут же убрал руки. Не надо привыкать, сейчас он доберется до нарушителя его спокойствия, надерет оному нарушителю уши и вернет себе собственное тело. Паниковать не из-за чего.
На самом-то деле, паниковать было, и много из-за чего. Во-первых, он до сих пор не знал, как вообще вышло, что он выпал из собственного тела. Во-вторых, в Линкольн-центре может никого и не оказаться, и где искать свою тушку, Гермес не подозревал даже отдаленно (ну ладно, с его способностями найти тело будет легко, но время на это уйдет в любом случае, а ждать не хотелось совсем). Он подозревал, что существует еще какое-то "в-третьих", но ни думать об этом, ни проверять не хотелось. Хотелось в кои-то веки побыть оптимистом, вот сейчас он завернет за угол и увидит...
- Попался, шакалья морда! - Гермес отдаленно подумал, что кажется обозвал как раз собственную морду, но быстро отмахнулся от этой мысли и ринулся вперед, к своему любовно созданному телу, сейчас стоящему рядом с зеркальной стеной и с каким-то мужиком, которого только в фильмах ужасов показывать. - Мама тебя не учила, что брать чужое нельзя? Не с тем связался!
Вообще Гермес был довольно миролюбивым богом - в сравнении с остальными представителями собственного пантеона даже более чем, но вид собственного тела, невозмутимо с кем-то болтающего в отдельности от него самого, пошатнул Гермесу всю божественную нервную систему. Поэтому начал он с размаху - схватил самого себя за грудки и основательно потряс.
- Отдавай мое тело обратно! - приятным женским голосом принялся требовать он, не отцепляя пальцев.
[icon]http://savoynetwork.com/wp-content/uploads/2015/07/tracee_new_resize-180x180.png[/icon]

+3

9

[icon]https://i.imgur.com/b98iBWD.jpg[/icon]
Дионис знал кто такой Аурелио Конте. Ну, не прям хорошо, но тереться десять лет среди актеров, режиссеров, продюсеров и не услышать про самого капризного оперного певца – это надо уметь. Аурелио же умел одинаково талантливо петь и выводить продюсеров из себя. Дионис не очень чтобы любил оперу (и балет, а заодно все что так или иначе стало жертвой академизма), с Конте лично никогда не сталкивался, но наслышан был, видео на ютубе видел, внешность оперной звезды представлял.
Мда, давненько не обзоводился Дионис мужским телом. Тем более телом настолько ухоженным. Аурелио себя любил, холил и лелеял. Такого аккуратного маникюра и педикюра Дионис никогда не имел, это было даже интересно. Сама палата больше напоминала номер в дорогущей гостинице, чем медицинское учереждение. Все в цветах, подарках, на столике еда на разный вкус, два мягких кресла для гостей, расположены по бокам от кровати. Сейчас Дионис даже мысленно поблагодарил Аурелио за его капризы. Он встал с кровати и облачился в халат из наимягчайшего ворса, вот словно в ангельское облачко укутался. Надо потом узнать, где он этот халат достал.
Краем глаза Дионис заметил как его белокожее холеное лицо расплылось в дурацкой довольной улыбке. Нет, так нельзя! Звезда так себя вести не может. Аурелио уверенной походкой направился вон из палаты.
С другой стороны двери стояла батарея паппараци, репортеров и журналистов. Дионис аж опешил.

- Мистер Конте! Как вы себя чувствуете?
- Мистер Конте! Что вы можете сказать?
- Мистер Конте! Правда ли что ваш обморок - это следствие страшной и ужасной болезни, которую вам приходится скрывать от своих поклонников?
- Мистер Конте!
- Мистер Конте!
- Мистер!
- М....

Дионис все еще ошарашенный напористостью журналистов и их безумными, бестактными вопросами, молча нырнул обратно в палату. Потом сходил и проверил, есть ли тут запасные выходы или он обречен? Оказалось, что все-таки обречен. Дионис сел обратно на кровать и нажал кнопку вызова медсестры. Хотелось верить, что его родное, так любимо вылепленное тело где-то рядом. Не то, чтобы он против еще побыть оперной звездой, но свою жизнь в качестве Луизы Кларксон он любил сильнее.

+4

10

Когда-то Аурелио Конте хотели похитить. Звезду вселенской величины заткнули чьим-то вонючим и наверняка дешёвым носком, оглушили, утрамбовали не очень аккуратно в багажник автомобиля рядом с лопатой и набором старых рыболовных крючков и повезли  в неизвестном направлении.
Пришедший в себя Аурелио возмутился. Во-первых, он не для того позировал для обложки журнала для йогов, чтобы его скручивали в позу радикулитного павиана, не потрудившись подстелить специальный ортопедический коврик.  Во-вторых, носок отвратительно горчил, дурно пах и мог отрицательно сказаться на обворожительной улыбке бабулиного пирожочка. В-третьих, незадолго до похищения Аурелио как раз отведал пирожочков, и те от тряски отчаянно рвались наружу.
Но самым большим кошмаром стала ужасная музыка, громко игравшая в салоне. Аурелио Конте не мог такого пережить и, разумеется, стал петь. Спустя несколько арий похитители остановились у ближайшего поста полиции и сами сдались правосудию,  а Нарцисс получил  награду за храбрость и помощь в поимке преступников.

Вот и в этот раз Нарцисса обступали преступники. Аурелио возмущённо посмотрел на типа, что к нему подошёл, послушал и осознал.
- И здесь торговцы органами! - всполошился он.  - Где охрана? Почему этому типу позволяют торговать телом прямо посреди общественного места?.. Ааааааа, у них ОПГ!
Пока Аурелио призывал хоть кого-нибудь на помощь, к ним присоединился ещё один тип. И тип этот прямо, не скрываясь, сообщил, что ему нужно тело. Аурелио вздохнул. Уровень преступности в Нью Йорке просто зашкаливал за все мыслимые и немыслимые пределы.

Не желая снова в этом участвовать, Нарцисс пошарил по карманам. Искал он телефон, наткнулся на явно много раз использованный и ни разу не стиранный носовой платок и, брезгливо повесил на голову одному из типов.
- Что творится, что творится, - возмущался Аурелио. - Это уму непостижимо. У меня второй раз за день пытаются украсть меня на органы! Не успел себя отыскать, а уже снова крадут. Кошмар. Куда смотрит ЦРУ? Почему этот квартал ещё не оцеплен? Кто носит испачканные носовые платки в карманах? Фу!
Брезгливо отряхивая руки, Аурелио снова увидел своё отражение - и снова запаниковал от открывшегося ужаса.  Очевидно, ему было глубоко плевать, что у двоих рядом те же проблемы, что и у него. Он также не обратил внимания, что рядом с ним не просто люди,  а боги. Нарцисс никогда не отвлекался от себя любимого. А его украли на органы!  Ужасные, ужасные люди.

[icon]http://sg.uplds.ru/N1ZtD.png[/icon]

+5

11

Существо, сидящее в теле Шивы, уже доказало, что имеет богатый словарный запас, а теперь принялось доказывать, что также имеет богатую фантазию.
– Да что ты орёшь как потерпевший, ну ёб твою мать, – Шива стонет, пытаясь хватать существо за руки, пытаясь таким образом настоять на том, чтобы существо перестало вести себя так, будто боженька, создавший его, забыл добавить в него хотя бы малёхонький интеллектик. Ну, и ещё хватание за руки должно остановить существо от поиска и привлечения помощи, и – что куда более важно – так существо точно никуда не унесёт тело Шивы.
Внимания они начинают привлекать слишком как-то дохуя. И это грозит паникой вокруг, разбирательствами и проблемами. А проблем, между прочим, им и без истерики существа предостаточно. И главная проблема в том, что у Шивы и этого существа на данном этапе проблемы одни и те же.
С боку на Шиву налетает какая-то женщина, сверху на Шиву налетает платочек. Платочек Шива подбирает и прячет, хотя за разбрасывание своих вещей очень хочется влепить существу затрещину.
– Не ройся в моих карманах! – пытаясь увернуться от налетевшей на него женщины и сурово пялясь на существо, говорит Шива.
– Я как бы сироточка, – не совсем понимая, что от него хочет богиня (бог?), заявляет Шива, пока голова его трясется взад-вперёд. Требования отдать тело и обвинения в воровстве как-то оскорбляют Шиву. И голова продолжает трястись туда-сюда. И Шива, чтобы остудить пар божества, стреляет в неё глазом. Ну, тем, который появляется на секунду на лбу и исчезает. Огонёк из глаза Шивы поджигает волосы божества, немного корректируя форму причёски. А нечего трясти его было, да. Он так и поломаться может.
– Твоё тело? – Шива, пользуясь созданной возможностью, отходит на пару шагов от божества, впрочем стараясь держаться рядом со своим телом, чтобы то не сбежало. Шива глубоко дышит, надеется таким образом успокоится, чтобы никого не убить прямо сейчас. Голова начинает болеть. Особенно, когда существо возобновляет поток слов. Бессмысленный и беспощадный поток. – В смысле это тело? – Шива тычет пальцем себе в грудь. – Твоё? – теперь Шива тычет платочком в богиню. – Не его? – и машет платочком в сторону существа. – Блядь-блядь-блядь, – глаза Шивы становятся большими и круглыми, он смутно припоминает, как видел четыре машины скорой помощи, когда витал бестелесной фиговиной в воздухе. Масштабы происходящего как-то стремительно увеличиваются. 
– То есть это тело твоё? – обращаясь к божеству, Шива просто не хочет верить в происходящее. – А вот это тело, – Шива опять машет платочком на существо, – моё. А… Эй! Эй ты, нервный, – Шива крепко хватает существо за плечо, привлекая его внимание, – это твоё тело? – обращаясь, как к ребёнку, Шива надеется, что существо не настолько безнадёжно, как кажется.
Толпу людей вокруг становится сложно игнорировать, особенно охрану, которая вероятно не может понять, кто тут у кого украл органы и что вообще с этим делать. Шива бы им с радостью помог разобраться, если бы и сам понимал, что происходит. 

[icon]http://funkyimg.com/i/2PnVj.gif[/icon]

+3

12

Вот жилось же спокойно до этого времени как-то. Скрывать свою сущность и заодно скрываться от остальных коллег по цеху, своего пантеона и не очень, неожиданно показалось Гермесу очень хорошим решением - от них всегда были одни проблемы, в одиночестве как-то даже жилось лучше. Из очевидных минусов - то, что он понятия не имеет, кто эти двое и какого черта здесь происходит. Если бы они были в R.A.I.N.B.O.W., Гермес безошибочно определил бы, кто есть кто (ну, точнее, с чьими телами он имеет радость общаться), а так, чтобы лично - нет, извините. Мордашка прекрасной женщины, которая досталась ему, тоже была совершенно незнакома, хотя он и ощущал смутно, что должна быть.
Его гнев затухает так же быстро, как и появился, и не в последнюю очередь от грациозно опустившегося на его собственную (ту, которая была сейчас в полуметре от него самого) голову носового платка. Кажется, даже нестираного. Фу! Он кинул было взбешенный взгляд на паникующее убожество, которое стояло рядом, но спокойствие уже завладело им, и продолжать цирк не было никакого резона. В любом случае, шокированный вид его собственного лица напротив говорил о том, что в своих размышлениях Гермес был неправ.
Значит, надо было найти того, кто был прав.
Правда, он совершенно забыл, что все еще держит нынешнего обладателя своего тела за грудки, за что и поплатился: сначала подозрительным запахом, а потом жаром в районе шеи. Высоко, по-женски ойкнул и отпустил своего неврага, принявшись тушить прическу.
- Ну волосы за что! - возмутился он, встряхивая головой. А вообще интересно, кто это, раз у него есть такие буквальный силы. Сам Гермес, обладая в лучшие свои времена целым ворохом полезных качеств, теперь преобразовал (ну, точнее они сами преобразовались) в социально полезные и не особенно магические. Пирокинез к таким вещам, однако, не относился.
Потом начинается что-то совершенно несуразное. Существо (назвать человеком его язык не поворачивается, что он не бог, Гермес чувствовал и так) рядом мечется чуть ли не в истерике, тот, кто завладел (или, похоже, случайно оказался) в его теле, ошалело тыкает пальцами то в себя, то в него, то в разные стороны, Гермес вообще не понимает, что происходит.
- Так, стоп, - говорит он, устало массируя лоб и обращаясь к Киту. - Хочешь сказать, что это какая-то... цепочка взаимодействий?
Херня какая-то, - так и хочется сказать ему. Просто потому что. Потому что такого никогда за эти тысячи лет не было, потому что это странно и бессмысленно, и точно невозможно, потому что если все так, они понятия не имеют, сколько богов и существ в этом участвовало... Вот эта дамочка, в которой Гермес сейчас, чья она? И как им найти всех участников этого цирка? А тех, кто виноват? А может быть, виноватых вообще нет, и это случайность, которая иногда происходит и о которой Гермес просто не знал?
- Херня какая-то, - наконец, говорит он вслух, качая головой. - Это, - он показывает пальцем на собственное тело, - мое. А это, - на этот раз невежливый тычок пал на несчастного истерика, - твое? Я вообще запутался.
Впрочем, не он один. Подозрительно поглядывающие до этого времени на троицу охранники, наконец, решили действовать. Правда, пока медленно и осторожно - угрожающе направляясь в сторону говоривших. Гермес заметил их краем глаза и намек понял.
- В любом случае, нам нужно сменить локацию. Здесь мы только привлекаем внимание. Нужно сесть и спокойно во всем разобраться.
Ключевым словом здесь было "спокойно", потому что поведение безымянного существа уже начинало действовать на нервы, как бы спокойный Гермес ни пытался его игнорировать.
[icon]http://savoynetwork.com/wp-content/uploads/2015/07/tracee_new_resize-180x180.png[/icon]

Отредактировано Hermes (19.06.2018 13:55:27)

+3

13

[icon]https://i.imgur.com/b98iBWD.jpg[/icon]

Медсестра довольно быстро пришла в палату, где застала звезду оперного мира Аурелио Конте на кровати, поедающего сладкие гостинцы.
- О, мисс...
- Мисс Спенсер, очень приятно познакомится, мистер Конте.
Дионис смекнул, что медсестра знает кто такой Аурелио и этим можно воспользоваться в своих целях. А цель у Диониса была одна: свалить из больницы и найти себя. Либо найти себя и потом свалить из больницы.
- Мисс Спенсер, скажите, а к вам случайно не попадала мисс Кларксон? Шикарная темнокожая женщина, волосы вот такие, - Дионис провел рукой над головой, показывая какие у ее пропавшего тела были волосы, - томный взгляд, улыбка, способная очаровать даже дерево... Нет? Не видели?
- Нет, мистер Конте. У нас такой пациентки не было. Вы меня вызывали только, чтобы это узнать?
- Нет, нет. - Дионис отложил тарелочку с пирожками в сторону и постарался состроить серьезное лицо. Получилось, будто он надулся от обиды, что не было его любимых тарталеток. - Мисс Спенсер, мне нужна ваша помощь. У меня завтра спектакль, а у двери стоят репортеры и жаждут написать грязную статейку о моем состоянии здоровья. Они хотят подорвать этим мою репутацию, мое представление! Мне нужно незаметно отсюда уйти и готовится. К тому же, - Аурелио выразительно посмотрел на медсестру, - я буду рад видеть вас завтра в зале, как мою гостью. Мисс Спенсер, вы поможете мне выйти из больницы незамеченным?
Возможно сыграла харизма любимца одиноких женщин, возможно звездный статус, возможно перспектива приключения и награды в виде похода в оперу, но медсестра быстро согласилась помочь.
Уже через час, Дионис одетый в нелепый белый костюм и с солнечным очками на носу ехал в такси в сторону "Гаража". Надо было найти свое тело, но как? В Нью-Йорке миллионы людей!
Перед тем как выйти из больницы, Аурелио захватил пару "своих" вещей, в том числе мобильный телефон. Помимо селфи, которыми смартфон оперного певца был просто под завязку забит, Дионис нашел переписку с неким Оливером. Судя по всему, он был ассистентом Аурелио и мог помочь Дионису. Звонить было стремно, поэтому Дионис лишь отослал сообщение:
"Приезжай в бар "Гараж". Жду. Аурелио."

+2

14

Как-то, в носе прочищая (мне там лишнее на кой),
С изумленьем замечаю: в носе палец-то не мой,
И рука под ним чужая, здорова, как у коня,
Волосатая такая и растет не из меня.

- Прекратите меня лапать! - возмутился Нарцисс и замахал руками. 
Он не любил, когда его трогают без предупреждения. Если трогать хорошее тело грязными руками, скоро это тело будет похоже на Николаса Кейджа. Или вот на то, в котором он оказался  прямо сейчас. Хотя Кейдж, конечно, хуже.
И тут Аурелио осознал: а вдруг его драгоценное тело прямо сейчас кто-то трогает? Ещё и руки наверняка немытые, и прививки не сделанные... Сообразив это, Нарцисс всполошился как стадо Гитлеров в пивной. Ужасный, ужасный день.
- Здесь нет моего тела, - пробухтел он в ответ на глупые вопросы. - Вы только посмотрите, какой ужас вокруг шастает...
Дальше Аурелио почти исполнил оперную арию пострашнее, чтобы все вокруг прониклись моментом, но его прервала трель мобильника в кармане. Ну и что, что чужой мобильник? Он с него уже связывался с Оливером. Оливер и перезвонил, получив сообщение от "Аурелио". Хорошо, что его ничего не удивляло.
Нарцисс цыкнул на типов рядом и выслушал.
- То есть они и имя моё украли? - прихренел золотой голос Вселенной. - Тела им было недостаточно? Ох уж эти торговцы органами... еду, еду!
Нарцисс сбросил звонок.
- Такси. Мне нужно такси, - привычно громко засуетился он. - Моё тело уехало в бар "Гараж" и пишет оттуда смс-ки! А вдруг оно напьётся! А вдруг его облапают!
И Нарцисс почесал к выходу.

[icon]http://sg.uplds.ru/N1ZtD.png[/icon][status]Взбледнувший пирожочек[/status]

Отредактировано Narcissus (22.06.2018 22:58:15)

+3

15

Цепочка взаимодействий. Хорошо сказано, – думает Шива, однако же… Ну, как бы так сказать повежливее… Это всё ещё нихуя не проясняет ситуацию. И Шива только благодаря прокачанному навыку медитации не истерит. И не разрушает всё вокруг ещё больше. Он думает о тучках, красивых дворцах, необъятных горах со снежными вершинами, но зуд реальности настойчиво пробивается сквозь его скромные попытки успокоиться и не растрачивать свои драгоценные нервные клетки. Хотя, по сути дела, нервные клетки сейчас ему не принадлежат. Это чужие нервные клетки. А его родименькие клеточки вон… тоже зазря растрачиваются каким-то существом. Что ж оно, существо это, вообще такое неадекватное-то? Куда существо подевало ауру грозной неадекватности, которой Шива так умилялся, разглядывая себя в зеркале? Тлен. Это полнейший тлен, и надо срочно с этим что-то делать.
– Если ты продолжишь петь, я начну танцевать, – угрожающе ворчит Шива в ответ на возмутительные арии существа. Хотя разрушительная сила этого воя очевидно куда больше, нежели силы Шивы.
– «Гараж» – это тот «Гараж», которым Дионис заправляет? – нет, Шива там ни разу не был, по крайней мере на трезвую голову, однако слухами земля полнится. Он внимательно смотрит на подгорелое афро и его обладательницу, и с тоской предполагает, что четвёртым в этой блядской «цепочке взаимодействий» может оказаться какой-нибудь весьма нетрезвый посетитель Гаража. Итого: ориентировочно – их четверо, как и машин скорой помощи, которые Шива помнит; и они обменялись телами. Только вот по факту Шива сам выбрал машину, за которой летел после того, как его выкинуло из тела. Так что, выходит, что их не меняли телами, их просто вышвырнуло из своих тел.
Пока Шива случайно задумывается, существо успевает унести его тело чуть ли не на другой конец Линкольн-центра, и Шиве приходится поспешно догонять своё тело. Таксисты в Нью-Йорке не брезгуют ничем, и наверняка именно поэтому жёлтая машинка таки останавливается рядом с ними. Хотя сам Шива бы предпочёл не подбирать компанию из женщины с подгоревшими волосами, мальчика-невростеника, нервно теребящего платочек, и мрачно-готического типа, пытающегося петь.
– Я не думаю, что это цепочка взаимодействий, – он крайне запоздало отвечает на заданный вопрос, втискиваясь третьим на заднее сиденье такси. – Я думаю, что это цепочка недоразумений, – если не идиотизма. – Мы не менялись телами, а перепутали их, – удручённо поглядывая на свою тушку, говорит Шива, познавая всё новые и новые глубины тлена. Как выскочить из тела обратно и переместиться в своё, Шива понятия не имеет. Он нервно роется в карманах, но не находит ни портсигар, ни зажигалку, по правде говоря он даже не находит нужный карман, потому что все карманы не у него, а у существа. 

[icon]http://funkyimg.com/i/2PnVj.gif[/icon]

+2

16

[icon]https://i.imgur.com/b98iBWD.jpg[/icon]
Чего Дионис не ожидал, так это того, что его работники отнесутся к работе ответственно. Нет, даже так: слишком ответственно для тех, кто окружает бога винишка и веселья. Когда Дионис завалился в клуб и поспешил в сторону своего кабинета, то дорогу ему тут же перекрыл охранник по имени Шон. Шон был двухметровым бугаем с британским акцентом и улыбкой невинного дитя, и вообще-то Луиза наняла его, потому что не могла устоять перед его очарованием.
- Прошу прощения, посторонним вход запрещен. - Охранник говорил спокойным голосом, но это спокойствие таило опасность.
- Шон! Привет дружище! - Диониса передернуло от того, как непривычно звучал его собственный голос. - Слушай, я старый друг Луизы, она приболела и попросила кое-что забрать из ее кабинета. Так что, я пройду, возьму и уеду по делам.
- Я вас не знаю, пускать вас в кабинет не буду. Посторонним вход запрещен.
- Но я - не посторонний, я практический свой.
Шон приложил палец к губам, призывая замолчать.
- Пожалуйста, покиньте клуб. Вы нарушаете общественный порядок.
- Шон! - Только и успел выкрикнуть Дионис до того, как Шон закатал рукава и довольно бесцеремонно вытолкал Аурелио Конте из клуба. Это было унизительно и еще немного больно.

Прямо перед входом в клуб, где только что охранник неаккуратно поместил новое смертное тело Диониса, остановилось такси. Задняя дверь машины открылась, а из авто выскочили два каких-то мужика и она. ОНА! Луиза Кларксон во плоти.
Дионис с удивлением смотрел на себя со стороны. Все-таки он неплохое тело себе создал. Но насладится рассматриванием самого себя он не успел. Только Луиза вышла из такси, как прямо тут хлопнулась в обморок. Дионис решительно растолкал в разные стороны незнакомых мужиков и понесся к своему телу. Падать на асфальт, наверняка, было больно. Дионис наклонился к себе, попытался нащупать пульс, но ничего не было. Луиза была без сознания.
- ШООООООН! - В полную мощность своих оперных легких заверещал Дионис. - Срочно вызывай скорую!
Охранник, который стал невольным свидетелем всей этой сцены, только успел кивнуть и набрать 911 на своем мобильном телефоне.
Дионис же стал рассматривать голову Луизы, чтобы убедиться, что она не разбила себе ничего случаем. Он питал надежду вернуться в свое тело и не хотел, чтобы тело погибло.

+2

17

В тесноте да не в обиде – это не про заднее сиденье такси, где умещаются два бога и одно истеричное создание (и Шиве очень медленно, но верно хочется найти бога, который создал это чудо, и отпиздить его за всё хорошее). Попасть в такое дерьмо в такой потрясающей компании – не то, о чём Шива мечтал.
Когда они вываливаются из автомобиля, всё становится ещё хуже. Два тела, одно за другим, падают на землю. И страшно то, что одно из этих тел принадлежит Шиве. Всем своим внушительным весом это тело грохается на землю, спотыкаясь о бордюр. Ну, это как раз неудивительно, тело до черта неловкое, кому, как не Шиве это знать. Но тело в себя не приходит, а энергетика существа больше не исходит от тела. И на самом деле, когда Шива перестаёт молча открывать и закрывать в ужасе рот, как рыба, выброшенная на берег, от упавшего на землю женского тела тоже не исходит аура божественности. Просто тела. Пустые тела, в которые можно было бы запросто впрыгнуть, если бы, блядь, Шива знал, как это сделать.
Но он пытается. Он лапает своё тело в надежде, что сможет как-то перетечь в него, пока Аурелио Конте… стоп. Аурелио Конте?
– Ого, так это был Нарцисс, – Шива с тревогой смотрит на собственное тело и пытается не думать о том, что мог сделать этот самовлюблённый кусок греко-римского пантеона с его телом за то время, что был без присмотра.
– Две! Две скорые… Шон… пожалуйста? – Шива поднимает палец, привлекая к себе внимание охранника. Он столько внимания, по правде говоря, не привлекал с последней большой премьеры на Бродвее, которая была хороших семь лет назад. И это начинает напрягать.
Шива всё ещё неприлично просто лапает своё тело в хрупкой надежде на чудо, но единственное чудо – это наличие пульса у его тела, но смотрит на Аурелио – потребность обрести союзника по несчастью как-то по-человечески велика:
– Я так понимаю, что ты тоже не знаешь, какого чёрта происходит, и способностью выселять богов из тел не обладаешь? – с грустью спрашивает Шива, но, впрочем, это совершенно риторический вопрос. – Шива, а это было моим телом до сегодняшнего утра, – Шива, на всякий случай, указывает на тело мистера, мать его, Фитцджеральда рукой. – И прости. Я немного подпортил тебе причёску… – Шива даже неловко улыбается, когда бросает взгляд на подпаленные кудряшки. Ему, конечно, не стыдно ни секунды, но он ведь приличный бог, в конце-то концов. 
Шива шарит по карманам лежащего на асфальте тела, выуживает из них свои вещи, включая пачку сигарет, и подкуривает, сидя на корточках возле своего тела. Ему уже даже плевать на то, что вокруг снова собираются люди, заинтересованно разглядывая лежащих на асфальте. 
[icon]http://funkyimg.com/i/2PnVj.gif[/icon]

+1

18

[icon]https://i.imgur.com/b98iBWD.jpg[/icon]

Убедившись в том, что голова Луизы и остальные части тела в порядке (в относительном порядке, конечно, но Дионис умел быть скромным), Аурелио Конте наконец огляделся. Оказывается не только его тело снова упало в обморок. Один из спутников Луизы, долговязый мужчина с густо подведенными глазами расположился ровно рядом с ней. От обоих невероятно несло божественным. Настолько, что до Диониса наконец дошло что случилось. Они все так или иначе имеют божественное происхождение, а нечто выбило их из сотворенных ими или для них тел.
Молодой худой парень сидит над телом потерявшего сознания мужчины и явно ищет в Дионисе союзника. Бог вина прикинул, что раз он понесся к падающей Луизе, потому что это его тело, то  бог, который кстати оказался Шивой, сидит рядом со своим настоящим телом.
- Приятно познакомится, Шива. - Дионис понизил голос, так чтобы никто, в том числе Шон, который диктовал скорой адрес "Гаража", ненароком их не услышал. - А я - Дионис. И не беспокойся из-за моих волос.
Подпаленные волосы и правда были минимальной проблемой Диониса, да и Шивы, на данный момент. К счастью, их тела еще не умерли, но как долго продлится это счастье - вопрос был риторический. Обреченно Аурелио посмотрел на то, как Шива закурил. Он бы сейчас с большим удовольствием выпил немного вина, чтобы прочистить свои мозги. Интересно, что предпочитает пить Аурелио? Дионис собирался выяснить это сегодня же вечером, если не получится вернутся в родное тело.
Вокруг собирались зеваки и Дионису это не нравилось. Помимо всего прочего, его нынешнее тело было слишком известно. Так что Аурелио неприлично выругался, позвал Шона и попросил разогнать толпу, пока фото двух грустных мужчин сидящих на тротуаре около клуба "Гараж" не стало вирусным в интернете.
- Слушай, Шива... - обратился к собрату по несчастью Дионис, в то время как Шон выполнял свою работу. - А как вы оказались здесь? И как вообще вы друг друга нашли?
К клубу подъехало две машины скорой помощи. Дионис подскочил, чтобы помочь и заодно выяснить, куда повезут тела и можно ли поехать вместе. Врач разрешил сопровождать, так что Аурелио быстренько влез в скорую, куда уложили тело Луизы, только успел на прощанье помахать Шиве. Дионис не знал, повезут их в одну больницу или нет, но надеялся, что все-таки с Шивой они еще пересекутся.

+1

19

От Шивы не скрывается, что Дионис понижает голос, когда представляется, и это в очередной раз опускает Шиву с небес на землю. Он вот постоянно забывает о конспирации. На самом деле, он настолько палится, что, будь в его обществе хоть один сознательный человек, которому не наплевать на Ноа Фитцджеральда и на бред, который он городит, Шиву бы уже давно сдали в психушку, обеспечив приятное соседство с Вашингтонами и Линкольнами.
Шива думает, что исправится в дальнейшем. Если вернётся в тело Ноа Фитцджеральда, чью репутацию имело бы смысл сохранять.
– О… значит, Нарциссу кто-то позвонил и что-то сказал… – Шива разводит руками, а потом чешет загривок, понимая, что его слова вряд ли звучат так, как должны звучать слова мудрого создания, прожившего тысячи лет и обремененного интеллектом выше среднего. Но это действительно практически всё, что Шива понимает из произошедшего.
– И у меня лично выбора не было, кроме как ехать с ним, потому что я не хотел отходить от своего тела, а остановить это тело без драки, думаю, не получилось бы, – это тоже звучит мелочно и глупо, ведь куда проще, чем разбираться с этой головной болью, было бы отправиться в верхний мир и создать себе тушку заново. Может, у него бы получилось создать второго Ноа Фитцджеральда.
– А Нарцисса и этого, – Шива указывает на лежащее на земле тело Диониса, – я встретил в Линкольн-центре. Туда я попал после больницы. Отследил свой мобильник, который был с моим телом, – у Шивы самого начинает болеть голова от этого дерьма. – И в общем-то в Линкольн-центре я и потерял своё тело. Думаю, как и мы все.
Шива слышит вой сирен, тушит сигарету об асфальт и поднимается, разминая ноги. Дважды за день оказаться в больнице – не то чтобы именно так он мечтал провести день. С другой стороны, он в больницах-то не часто бывает, это с натяжкой можно называть разнообразием. И приключением. Только вот ебал он такие приключения.
До ушей Шивы, – до тех, которые не так офигенно красивы, как уши Ноа, – долетает название больницы, в которую везут Диониса с его телом. Немного непрошенного веселья, которое Шива дарит парамедикам, помогает ему преследовать «вон ту машину с мигалками» под дружный смех людей в синей униформе. Не то чтобы это шло на пользу лежащему в бессознанке телу, но зато обе машины скорой помощи приезжают в одну больницу. Шива рад этому почти так же, как парамедики рады его пляскам. Терять из виду Диониса ему категорически не хочется. Потому что раз уж они в одной лодке, то Шиве будет спокойнее быть буквально в одной лодке с Дионисом. Ну, или хотя бы в одной больнице.
Ноа устраивают в вип-палате только после того, как Шива показывает документы своего тела и звонит в страховую компанию. Теперь можно быть спокойным. Только почему-то Шива всё равно нервничает, будто его создали неделю назад, и он вообще ни черта не знает об этом мире.
Найти Диониса в больнице оказывается проще простого. Стоит всего лишь спросить «не видели ли вы тут Аурелио Конте».
Только у этого прекрасного способа оказался один маленький минус.
И поэтому Шива, два стакана кофе и толпа одержимых женщин бегут наперегонки к палате, в которую устроили новоприбывшую пациентку.
– Это грёбанный апокалипсис, – говорит Шива, пока его накрывает травматическими воспоминаниями о войне с асурами во втором тысячелетии до нашей эры. Шива прижимается своим новым и непривычно мелкогабаритным телом к двери, и радуется тому, что оказался внутри палаты, а не снаружи, где столпились все эти сумасшедшие женщины, хотящие автограф мистера Конте, ребёнка от мистера Котне или хотя бы кусочек мистера Конте на память.
– Кофе? – он предлагает стаканчик Дионису, хотя уверен, что никому здесь кофе не поможет. – Я тут подумал, что можно попробовать выйти и зайти нормально. Сунуться в Чистилище и мир мёртвых, а потом попробовать обратно вернуться в нужные тела. 

[icon]http://funkyimg.com/i/2PnVj.gif[/icon]

+1

20

[icon]http://s7.uploads.ru/qZdoy.jpg[/icon]
Дионис и не знал, что он так привязался к своему земному телу. В том, как Аурелио Конте держал за руку женщину в бессознательном состоянии, как заглядывал в глаза и всю дорогу до больницы прислушивался к ровному дыханию пациентки, было что-то трогательное. Так по крайней мере решили все сотрудники скорой помощи и все медперсонал больницы, куда привезли Луизу Кларксон. А Дионис лишь думал о том, что было бы здорово, если бы Луиза пришла в себя. Хотя бы стало понятно, кто там внутри. Или хотя бы кто там внутри был. Причем чутье подсказывало, что внутри был кто-то достаточно знакомый.
Пользуясь тем, что теперь его принимали за мировую звезду оперы и золотой голос Нью-Йорка, Дионис выбил своему бывшему телу самую лучшую палату, прекрасный уход и консультацию главврача. Жалко, только консультация ничем не помогла. Главврач осмотрел тело Луизы, с внимательным видом покивал  на рассказ Аурелио, который подозрительно много знал о состоянии пациентки, и свалил.
Через несколько минут пришла медсестра и забрала тело Луизы на какие-то анализы и проверки.
Аурелио так и остался один на один сам с собой. Ненадолго.
Хорошо это было или плохо, сказать Дионис пока не мог, но в палату завалился парень, который представился Шивой. Удивительно, их привезли в одну больницу. Это совпадение или план? И если план, то чей?
Вся эта ситуация рождала слишком много вопросов в голове Диониса, который, честно говоря, эти вопросы задавать не любил. Это был удел смертных философствовать: кто мы? откуда мы? куда мы идем? Самый важный вопрос для Диониса звучал так: где бы достать бухло?
Вместо бухла Шива же предложил кофе. Аурелио кивнул, поблагодарил и, сделав глоток, устало потер переносицу.
- А как ты предлагаешь попасть в чистилище? Умереть в процессе греха или в процессе искупления грехов?
Дионис не умирал. Ни в божественном, ни в человеческом виде. Один раз спускался к себе в подземный мир и то, только чтобы устроить истерику. Его знания о загробной жизни были слишком ограничены. У Шивы (а точнее у нынешнего его человеческого воплощения) вид был знающий.
- Примерно год назад ко мне залетали вороны Одина и намекали что-то, что пошло не по плану. Может быть эти выходы из тела и есть симптом того, что что-то не так? Потому что все произошедшее сегодня нифига не нормально.

+1

21

Кофеин ни коим образом не помогает, но хотя бы немного успокаивает своей обыденностью. Ведь что может быть более привычно, чем заглатывать хуёвую жижу и ощущать, как в жизни что-то где-то пошло не так.
– Умирать мне бы категорически не хотелось. Это, прямо скажем, полная противоположность тому результату, которого я бы хотел достичь.
Шива присаживается на ближайший стул, вытягивая ноги.
– Вороны были чертовски правы. Всё идёт по пизде, друг мой. Только в Нью-Йорке есть с десяток мест, где мои силы попросту не работают. А Вишну спустился с тучки и говорит, что там, наверху, всё немного… ну… разваливается. Только вот я не ебу чей это апокалипсис и почему он вышел за рамки пантеона. И всеми силами я пытался не обращать на это внимания, но, похоже, нормальной жизни не видать никому и нигде, – как ни в чём не бывало говорит Шива, будто они тут обсуждают погоду или последний футбольный сезон.
– Можно ведь просто… ну… пойти в Чистилище, – говорит Шива, вставая со стула и странно размахивая руками, будто не в состоянии объяснить таких элементарных вещей. – Вот так… ногами… – Шива настраивается, разминает мышцы, отставляет стакан кофе на стул и делает шаг вперёд, сосредотачиваясь на том мире, что маревом маячит за реальностью, на Чистилище. Он делает шаг. Ещё один. Машет руками, будто разгоняет воду перед собой, но ничего не работает. – Или нельзя… – Шива пытается, пытается снова, хмурится, пока не врезается в стену всем телом. – Ёбанный стыд, – он трёт лицо и старательно не смотрит на Диониса. – Заебись, в этом грёбанном мире уже даже это не работает! – Шиве, конечно, совершенно не важно, что подумает об этом фиаско Дионис, но всё же от встречи со стеной он чувствует себя крайне неловко. Он грёбанный бог всего на свете, один из самых могущественных богов всех миров, и он, блядь, не может перешагнуть в Чистилище. Ну, приплыли.
– Ладно… Ладно… – Шива берёт кофе и выпивает его до дна. Это не помогает. Он нервничает, лихорадочно пытаясь хоть что-то сообразить. Он знает, что его выкинуло из тела и что он не попал при этом ни в Чистилище, ни в верхний мир, он знает, что не может добровольно покинуть тело, и это всё наводит его на весьма неутешительные мысли. – Есть маленькое и несмелое предположение… Если эти тела умрут, то мы, вероятно, так и останемся висеть в воздухе, как чёртовы касперы. И я не собираюсь ставить свою жизнь на то, что смогу всунуться в своё прежнее тело, если окажусь в том состоянии, в котором был в Линкольн-центре...

[icon]http://funkyimg.com/i/2PnVj.gif[/icon]

+1

22

[icon]http://s7.uploads.ru/qZdoy.jpg[/icon]

Шива что-то даже пытается делать. Дионис же только пьет кофе и морщится от горьковатого вкуса.  Хотя он делает это именно в тот момент, когда Шива влетает в стену. Хотелось бы надеяться, что индийский бог танца примет скорченное лицо за знак сочувствия.
Не принял.
-Может попробуешь что-нибудь в стиле диско? Я тебе спою Bee Gee's.
Шива думал о чем-то своем, честно говоря, и был расстроен тем, что ничего у него не выходит. Этот расстроенный взгляд был знаком Дионису. Индийским богам повезло иметь достаточное количество последователей и верующих, чтобы сохранить свои силы в атеистическом 21 веке. Греко-римские боги давным давно забыли о своем истинном могуществе и величии.  Даже станцуй тут сиртаки, Дионис будет выглядеть долбоебом танцующим сиртаки.
- Подожди, подожди. Я запутался. Ты говоришь об этих телах или телах, которые лежат в палатах? Ты думаешь, мы не сможем вернуться обратно?
Дионис растерялся окончательно. Ему еще казалось, что все пройдет, что он вернется в свое любимое тело вот.... скоро. Он не хотел бы показаться высокомерным, но тело Аурелио Дионису не нравилось. Ему не нравилось это холеное тело, прямые светлые волосы, оплывший овал лица. Вот Луиза была огонь! Горячая женщина, мечта поэта, фигуристая и яркая. Сто лет Дионис жил в этом теле и ему не надоедало оно. Совершенно не хотелось терять частичку своего божественного "я", хоть и смертную частичку.
Дионис помрачнел вслед за Шивой, задумался и уже что-то хотел сказать, как на горизонте появилась миловидная медсестра. Она сияла как медный пятак, видимо потому что не верила своему счастью: она говорит с самим Аурелио Конте!
-Мистер Аурелио? Ваша знакомая приходит в себя.
Дионис аж подпрыгнул на месте. Так, если он приходит в себя, значит что-то налаживается. А значит надо срочно спешить к себе родной. Золотой голос Нью-Йорка вскочил со стула и убежал в палату, где лежала Луиза, утягивая за собой Шиву, ошалевшего от прыткости Диониса.

Отредактировано Dionysus (18.12.2018 00:30:45)

+3

23

Гермес медленно просыпается. Ощущения во всем организме будто бы похмельные, да и память отказывается всяческие уместные флешбеки показывать. Жутко хочется пить, в горле все пересохло, так что в мечтах о глотке воды и проходит его краткая утренняя дрема.
…Или не утренняя?
Писк приборов наводит на некоторые мысли, так что глаза приходится открыть – исключительно из стратегических соображений и рекогносцировки на местности! Оглядевшись и узрев палату больнички, Вестник вздыхает, прикидывая, с каких щей он тут валяется, у него что дел других нет?
Например, найти свое тело – подсказывают солидных размеров аргументы, невинно спрятанные под простыней и больничной пижамой. Но такое богатство то не утаишь!..
Ничего не изменилось. Он все еще в бабьем теле.
Ясно.
Конечно, быть знойной темнокожей дивой - это интересный опыт. Обычно Вестник по привычке выбирал тела посветлее, но природа любит разнообразие! Даже если ты сам его не любишь - на тебе, выкуси. Так что опыт интересный, но хорошего помаленьку бы, пожалуйста!
Повертев перед своим лицом изящными и крайне смуглыми кистями, оценив маникюр, Гермес пытается вспомнить, как он снова оказался в больнице. Он же поехал в «Гараж», даже доехал… А потом… Потом все как в тумане.
В дверь палаты входит медсестра, перетягивая все внимание Вестника на себя. Симпатичная такая!
- Доброго утра, прелестница! - по привычке воркует с девушкой Гермий, и хотя собственный голос кажется ему незнакомым, а положение – неудачным, но привычки никуда не деваются. – А можно мне водички?
Медсестра экспрессивно радуется, что он пришел в себя, спрашивает самочувствие, наливает водички и убегает прочь из палаты, «предупредить мистера Аурелио».
О! Вот это интересный персонаж!
Хорошо бы, Гермию тут же вернулось его распрекрасное тело. Конечно, со всеми этими неприятности на столь легкий финал рассчитывать не приходится, но надеждой живы!
Когда в палату врывается пухленький блондин, Вестник лишь разочарованно дергает бровью. А он-то надеялся…
Впрочем, разочарование быстротечно, ибо следом в палату входит незнакомец в его теле.
Отлично!
Прям груз с плеч! Ух.
Паззл уже почти сложился, не нужно больше мотаться по всему городу в поиске своей личины. А это уже полдела, осталось всего ничего - как-то потеснить из него чужака и вклеиться обратно.
- Милый… почисти мне мандаринку… Помираю… - Вестник с болезненным видом драматично тянет руку в направлении корзинки с фруктами. Вздыхает жалостливо и томно смотрит на подошедшего блондина.
Фрукты это хорошо. А вот цветов можно было и побольше натаскать!
Ведь он этого достоин!
- …А если серьезно, то мне бы выписаться, - Гермес тут же перестает выглядеть помирающим и ухмыляется, а затем еще и  усаживается уверенно на койке, хотя в глазах тут же ненадолго темнеет. Пока медсестра отошла – самое время дезертировать из больничной палаты, так что Вестник встает с кровати – черт, это тело куда менее привычное и ловкое! – и идет рыться в шкафах. Где-то тут должна быть приныкана одежда пациента. Ведь так врачи делают с несчастными жертвами своего профессионализма?
- Итак, красавчик, какого рожна ты отжал мое тело? – натянув на себя свитшот с глубоким декольте и джинсы, не переживая, что светит перед мужиками чужим телом, интересуется Гермес у пока еще незнакомого божества. – И как обратно отдавать планируешь? Сам ты кем, кстати, будешь? А ты? – товарищ Аурелио кажется ему смутно знакомым, ну чисто по ауре, тело то это в каждом ящике страны показывают. А ауру вот так вот сходу и не вспомнить – память у человеческих личин дырявая жутко!..
Между прочим, смотреть на людей со своего роста намного комфортнее, чем вот так вот снизу. Но главное же не рост – а размеры высокомерия!.. Впрочем, меж божеств мериться надменностью дело гиблое, все они тут немного того, с перебором самовлюбленны.
- Ну что, граждане, может, свалим отсюда, пока эта юная нимфетка не натравила на меня медбратьев с седативными во имя поддержания постельного режима?.. – нетерпеливо вскидывает он изящные брови, расталкивая худыми локтями мужиков (ишь какие, загромождают тут!), и выходит в коридор больницы.
[ava]https://picua.org/images/2018/12/18/a93307f935d962d0511c3ab7b06daa87.png[/ava]

Отредактировано Hermes (18.12.2018 21:41:36)

+3

24

Диско? - думает Шива, внимая Дионису. 
Да, диско. Диско - это вариант, - ему действительно это кажется идеей, достойной, как минимум, Нобелевской премии в области боговедения. 
- Конечно, Bee Gee’s всё исправят, - мысль Шива заканчивает уже вслух, и в его голосе сквозит злость, которой он не ожидал от себя. До Шивы как-то очень медленно доходит, что мозговой штурм Диониса крайне бесполезен. Шива, фигурально выражаясь, прожигает взглядом Диониса, но не успевает ничего больше ни сказать, ни сделать, потому что, во-первых, Дионис отвлекает его мыслями о тленных перспективах, а, во-вторых, приунывший Аурелио Конте выглядит слишком жалко, чтобы на него злиться. 
Ну, а ещё Шиву куда-то начинают тащить, так что он вообще теряет любую ориентацию. 
Зато вот кое-кто другой ориентацию в пространстве, кажется, наконец-то обрёл. По крайней мере, поселившееся в теле Диониса божество теперь цветёт легкомысленностью и пахнет раздражающим позитивизмом. Это делает Шиву ещё мрачнее. И ему ещё больше не хватает своего прекрасного мрачного тела, чтобы достойным образом изобразить ненависть к этому грёбанному миру и к некоторым божкам в особенности.   
- … мне больше нравилось, когда ты был в отключке, - вместо того, чтобы отвечать божеству, Шива решил, что его субъективное мнение куда важнее конструктивного разговора. Но ведь он не может просто молчать! Это ведь невыносимо! Просто никакого просветления и дзена не хватит на то, чтобы стойко принять реальность, в которой всякие идиоты не понимают серьёзности ситуации и заставляют его пройти по очередному кругу ада, на котором нужно снова объяснить всё с начала. - С чего ты взял, что я собираюсь отдавать тебе тело? - мрачно хлопая ресницами, спрашивает Шива, уже после того, как коротко и будто бы стыдливо представляется очнувшемуся богу, выплёвывая «Шива я». И ведь действительно ему есть чего стыдиться. Его пантеон очень-таки оживлён на данный момент времени, и чисто теоретически у него должно было бы хватить божественной силы, чтобы не влипнуть в столь безысходную ситуацию.
- Я в душе не ебу, как это сделать, - честно добавляет он, хотя, кажется, до плана с Bee Gee’s у него тлела какая-то вялая мыслишка в голове, - а, поверь, мне здесь, - Шива с презрительным выражением лица теребит себя за щёку, - вообще не в кайф находиться.
Бог в теле Диониса пинается, и Шива недовольно трёт грудь, куда ему влетело острым локтем.
- У нас тут, знаешь ли, невиданный ранее апокалипсис, и я удивлюсь, если хоть кто-то знает, что с этим делать. Выйти в Чистилище я не могу, отправиться в Верхние миры - тоже. И, соответственно, не могу освободить твою тушку, - Шиве просто категорически необходимо, чтобы все попаданцы были осведомлены в полной мере о том, что происходит. Потому как Шиве просто очень категорически необходимо, чтобы не только он один ломал себе голову поиском решения проблемы.
- У нас был замечательный план – отправиться в «Гараж», может последуем ему наконец? – Шива оглядывает коридор, в который выглядывают все охочие из каждой двери и щели, чтобы рассмотреть поближе Аурелио, мать его, Конте.   

[icon]http://funkyimg.com/i/2PnVj.gif[/icon]

+1


Вы здесь » Holy Sh!t » Игра в настоящем времени » [14-16.03.2018] И не писай в мой горшок